сеНовости

Вы здесь

Я ли это?

Рината Абдулкаюмова вы, возможно, видели на экране - он работает диктором на одном из местных каналов. И уж наверняка вы хоть раз слышали его голос, хотя, конечно, не задумывались о том, кому он принадлежит – молодой журналист озвучил столько рекламных роликов, что ежедневно крутятся в торговых домах города, по радио, в транспорте, что уже и сам всех не помнит.

- К примеру, в прошлом месяце у меня было 20 рекламных роликов от одного агентства, и 6 от другого, - рассказывает Ринат. – Можно назвать эту работу сезонной, так как летом голосовая реклама пользуется куда большим спросом, нежели зимой. Я озвучил, наверное, уже около 150 роликов.

- Друзья, родные ваш голос узнают?

- Иногда у меня самого такое ощущение, что голос не мой, - улыбается журналист. – Друзья порой узнают, когда я его не меняю. Дело в том, что благодаря урокам вокала, я могу изменять его - делать ниже, выше, грубее, мягче, изменять тембр, где-то «металла» добавить, где-то «бархата». Я работал над этим, потому что мне не очень нравился мой голос, когда я только закончил школу. Поэтому были и упражнения для дикции, и вокал, я начал слушать сам себя. Больше всего помогает вокал, потому что там не только «ставят» голос, но и учат контролировать дыхание, речь, четко выговаривать слова. Но виртуозное изменение речи все равно приходит только с опытом. Самый первый мой ролик – это реклама автосалона, и в нем мне пришлось петь. Приходилось работать с озвучкой разной сложности. Иногда приходится озвучивать и за двоих – например, низким голосом, и высоким голосом подростка. Я не скажу, что мой голос теперь мне очень нравится, но я привык к нему, он привык ко мне - мы с ним в гармонии и работаем в тандеме

- Не воспринимаете свой голос как что-то отдельное от себя, когда слышите всю эту рекламу?

- Бывал дискомфорт, когда я первое время читал. Бывало и такое, что я не мог себя узнать, потому что есть несколько дикторов, голоса которых похожи на мой. Приходилось вспоминать, озвучивал ли я этот ролик или нет, что весьма проблематично. Но все-таки есть переходы, по которым я могу узнать, что все-таки говорю я.

- Вам приходится не только постоянно слушать себя со стороны, но и смотреть – вы ведь работаете на телевидении. Быть диктором, ведущим утреннего шоу или снимать новости самому – какая часть вашей работы вам особенно по душе?

- В каждой есть своя прелесть. Выездные съемки очень интересны для любого журналиста, потому что это каждый раз что-то новое. Для меня самое интересное в них – общение с разными людьми на самые разные темы.

А вот на съемках в студии, во время новостных выпусков, ты не имеешь никакого контакта с людьми. Перед тобой сидит только оператор, ну, еще в режиссерской комнате люди. Все идет по плану, по шаблону. Перед эфиром подготовка идет активно, у журналистов график насыщенный, за считанные минуты приходилось готовить несколько репортажей. Но бывает и спокойные дни, когда всё успеваем подготовить заранее, не торопясь.

Во время утренней программы всё по-другому, там ты получаешь большую отдачу. Получается треугольник между ведущими, гостями и зрителями. Для меня все же в какой-то мере легче вести программу, получая обратную связь.

- Первый эфир вам запомнился?

- Честно говоря, мой первый выпуск был в записи, хотя должен был быть прямой эфир, но как практиканта меня сначала записали. Это было волнительно, буквально за 10-15 минут пришлось записать все подачи новостей. Все это происходит быстро, и даже не замечаешь некоторые вещи, которые сделал не так. Во время первого прямого эфира как ни старался, я все равно чувствовал себя скованно, была какая-то преграда. В процессе работы сильно чувствуется энергетика, чувствуешь, что на тебя смотрят тысячи людей и из-за этого присутствует некий дискомфорт. Поэтому я стараюсь смотреть каждый свой выпуск. Провел новости в прямом эфире, сразу смотрю запись или прихожу на следующий день на работу и пересматриваю, чтобы убедиться в правильной подаче некоторых деталей, или же увидеть свои недочеты. Это моя «работа над ошибками».

- Казусы в дикторской работе случались?

- Их удавалось избежать, к счастью. Был такой момент, когда мне пришлось быстро под диктовку записать подачу к новостному сюжету, и потом несколько раз прочитав эти предложения, сказать их в эфире, не смотря в текст. Это было неожиданно, нужно было собраться, моментально запомнить текст, которого нет в суфлере, и сказать его от себя, не нервничая.

- Значит, в эфире не ругались, такого не случалось?

- Был один случай. Тогда шла первая неделя моей работы в качестве ведущего новостей, на тот момент эфиры все еще шли в записи, чтобы я мог привыкнуть к рабочей обстановке. В тот день эмоции меня подвели. Идёт запись: не могу одну подачу начитать нормально и так несколько раз. Когда в очередной раз запнулся, я поворачиваюсь, и, хлопнув в ладоши, говорю: «Да что такое!». И вот с этого момента у меня вышел выпуск новостей. И некоторые знакомые это увидели, потом мне припоминали это. Я не знал, что сказать, но хотелось провалиться сквозь землю.

Розалина ВАХИТОВА